Персонализированную адаптивную глубокую стимуляцию мозга (ГСМ) называют будущим нейростимуляции, предполагается, что этот метод поможет эффективнее контролировать проявление двигательных нарушений при болезни Паркинсона (БП).
Во всяком случае, о таких результатах сообщают ученые из Центра двигательных расстройств и нейромодуляции Калифорнийского университета (UCSF). Их пилотное слепое рандомизированное перекрестное исследование показало, что по сравнению с классической нейростимуляцией адаптивная ГСМ сокращает продолжительность симптомов двигательных нарушений вдвое и улучшает качество жизни пациентов.
Классическая ГСМ, стандартно применяющаяся при прогрессирующей БП, обеспечивает непрерывную, фиксированную стимуляцию. Однако при всей эффективности этого подхода он не учитывает динамическую природу симптомов БП, включая действия самого пациента или изменение тяжести его симптомов в течение дня (например, в ответ на лекарственную терапию).
В результате этих динамических процессов пациент может «недополучить» необходимую стимуляцию или, напротив, столкнуться с ее побочными эффектами, когда она необходима в меньшем объеме.
При адаптивной ГСМ интенсивность стимуляции регулируется (увеличивается или уменьшается) в зависимости от потребностей пациента. Ее преимущество в том, что она самостоятельно модулирует стимуляцию, поэтому пациент получает ее только тогда, когда она необходима.
Для своего пилотного исследования команда американских ученых отобрала четырех пациентов с БП (мужчины), которым в целях лечения уже имплантировали специальные устройства для воздействия слабыми электрическими токами на подкорковые структуры мозга.
Классическую и адаптивную ГСМ получали все пациенты. Для персонализации параметров адаптивной ГСМ ученые идентифицировали сигналы мозговой активности в субталамическом ядре и моторной коре (надежные биомаркеры колебаний при приеме лекарств и связанных с ними двигательных симптомов БП).
Адаптивная ГСМ сократила продолжительность симптомов двигательных нарушений на 50% по сравнению с клинически оптимизированной классической ГСМ. Объективные измерения, полученные с помощью носимых устройств, подтвердили эти результаты. Об улучшении качества жизни при использовании адаптивной ГСМ сообщили трое из четырех пациентов.
Конечно, до широкого внедрения адаптивной ГСМ пока далеко. Потребуется, как минимум, несколько лет на автоматизацию процессов и переход от испытаний к клинической практике.
Не последнюю роль в распространении метода будет играть готовность медучреждения, занимающегося лечением БП, предоставить высокоспециализированную и междисциплинарную команду врачей для ведения таких пациентов. А пока необходимы дальнейшие клинические исследования на больших когортах для подтверждения этих, пусть и пилотных, но впечатляющих результатов.