Вышло обновленное руководство по ведению пациентов с дислипидемией. Документ заметно меняет акценты в оценке сердечно-сосудистого риска, диагностике и целях терапии. Ниже — семь важных выводов, которые стоит учитывать в клинической практике.
Lp(a): генетический фактор риска, который нужно измерить хотя бы раз

Рекомендация: каждому взрослому — хотя бы одно измерение Lp(a) (предпочтительно в нмоль/л).
Показатель почти полностью определяется генетикой и практически не корректируется диетой. Поэтому при высоком Lp(a) стратегия — максимально агрессивное снижение ЛПНП.
.webp)
Классические уравнения PCE постепенно уступают место модели PREVENT, которая позволяет оценивать риск на горизонте 10 и 30 лет.
Предложена схема CPR:
Calculate — расчет 10-летнего риска
Personalize — учет дополнительных факторов (осложнения беременности, семейный анамнез, этнические особенности)
.webp)
Руководство 2026 года присвоило большинству популярных добавок класс рекомендации COR 3 — No Benefit.
Это касается: рыбьего жира, чеснока, корицы, куркумы, красного дрожжевого риса.
В исследовании SPORT:
5 мг розувастатина ↓ ЛПНП на 38%, тогда как добавки не показали значимого эффекта.
Вывод: БАДы — не для профилактики атеросклероза.
.webp)
Концепция целевых показателей снова стала центральной.
Для пациентов очень высокого риска:
ЛПНП <55 мг/дл (1,4 ммоль/л)
И важное дополнение: снижение ЛПНП должно составлять >50% от исходного уровня.

Если при любой КТ обнаружен коронарный кальций, это рассматривается как маркер атеросклероза.
Порог для начала интенсивной терапии:
Иногда случайная находка становится самым ценным кардиологическим скринингом.
.webp)
ApoB отражает количество атерогенных частиц, а не их массу. Особенно важен у пациентов
Атеросклероз теперь рассматривается как результат пожизненной экспозиции липопротеинов.
Уровень холестерина в 20–30 лет определяет состояние сосудов в 50–60. Поэтому стратегия смещается к ранней профилактике (primordial prevention) — контролю липидов задолго до появления клинических событий.
Главный вывод: современная липидология становится более персонализированной, более ранней и более агрессивной в профилактике. Lp(a), ApoB, кальциевый индекс и новые модели риска меняют привычный алгоритм работы с пациентами.